автор: Галина Веч

опубликовано: газета «Вестник»

Галина Колмыкова

История поселения тесно связана с биографией каждого человека, жившего, живущего и который будет жить на этом участке земли. Посёлки, сёла, города… Их славу создают люди. Добрую славу обрёл и посёлок Высокий Мыс, с лёгкой руки главы поселения (с 1993 по 2012 год) Елены Хусейновны Бжецовой почитаемый «территорией добра».  

Территорией добра Елена Хусейновна считала эти места из-за людей, здесь живущих: «Корнями нашего «территориального генеалогического древа» являются бывшие спецпереселенцы – люди высоконравственные, трудолюбивые и энергичные в делах, прямые в общении, скромные и непритязательные в быту, благодарные трудной доле. Я их называю «наша совесть». Прожив многострадальную жизнь, старожилы не утратили самого ценного – душевной доброты».  

СПЕЦПЕРЕСЕЛЕНЦЫ 

Дочь спецпереселенцев Стафеевых Галина Михайловна Колмыкова практически всю жизнь прожила в Высоком Мысу. Она родилась уже здесь, на Севере, и о судьбах спецпереселенцев может судить только по рассказам родителей. Из воспоминаний живых свидетелей тех событий мы многое знаем о том, за что ссылались в необжитые северные места так называемые «кулаки». О Стафееве известно, что в 1930-е годы его раскулачили и выслали из Свердловской области вместе с семьёй за то, что он отказался участвовать в комиссии по раскулачиванию.  

– Родители жили в деревне Горбунова Талицкого района, у них был крестовый дом, посевы на 8 га, – рассказывает Галина Михайловна. – Они держали скотину, а ещё отец занимался торговлей. Во время посевной он нанимал работников, с которыми рассчитывался в конце каждого дня. Вот и записали его в «кулаки» и выслали на Север.  

Сначала Стафеевы жили в Озёрном. Приехали вместе с другими спецпереселенцами на голое место, стали обустраиваться. Благо леса вокруг богатые. Вначале землянки строили на скорую руку, потом дома поставили.  

В 1950 году, когда произошло соединение колхозов двух посёлков, Стафеевы переехали в Высокий Мыс. Галине в ту пору было 4 года.  

НА ВЫСОКОМ МЫСУ 

Посёлок построен в 1930–1931 годы на высоком берегу Оби, отчего и получил своё название. Место оказалось не совсем удачным. Каждую весну берег подмывает вода, поэтому почти все постройки уже дважды приходилось переносить вглубь посёлка, и разрушение берега продолжается до сих пор. Этот посёлок также образовали спецпереселенцы, они поставили здесь дома, выкорчевали вручную леса под поля, завели скот, построили клуб и школу.  

Когда Стафеевых привезли сюда, им сразу дали жильё. Дом стоял на берегу, позже, из-за наступления реки, им пришлось перекатывать его подальше от берега, сами в это лето жили в клубе. Михаил Максимович был, как говорится, на все руки мастер, работал в колхозе и полеводом, и животноводом. Жена, Анна Васильевна, тоже трудилась в колхозе. Завели они и своё хозяйство, для начала купили корову и лошадь.  

– Мои воспоминания начинаются лет с 12– говорит Галина Михайловна. – Помню, здесь комендатура была, вечерами мы все ходили туда отмечаться. И ни родители, ни мы, дети, никуда не могли выехать из посёлка. А семья у нас многодетная, восемь ребятишек – шесть мальчиков и две девочки. Старший брат был с 30-го года, он работал: лес валил, жил в Каркатеево. Все мои братья в армии служили.  

ЖИЛИ ДРУЖНО  

– Я, наверное, счастливая, – признаётся Галина Михайловна. – Хотя и семья большая была, и одежды тогда было мало, и мама всё время работала… Вот вечером она стирает и тут же, бывает, уснёт, так уставала. Утром проснётся, бельё развесит… Пускай нам чего-то и не хватало, но мы жили дружно. И хоромы небольшие, две комнатки да коридор, а мы все размещались. В большой комнате родители спали на кровати, старшие – н  

а полатях, а мы тут же, на полу. Маленькую комнатку занимала чужая женщина, старенькая Анна Матвеевна, она у нас жила.  

– Как-то все вместе уживались… Родители у нас вообще хорошие были, – продолжает моя собеседница. – В памяти часто всплывает картина домашних вечеров, когда я ещё в младших классах училась, как мы сидим все за одним столом. Кто пишет, кто читает, а кто играет – даже в карты, бывало, играли. Не было такого, чтобы ругались. И родители не ругались, зато спрашивали строго. Сильно нас не наказывали, мы, наверное, сами себя наказывали. Как вон брат вспоминает: наябедничает кто, а потом – дома всё нормально, а на улицу вышел – от каждого получил и забыл. Так друг друга и воспитывали. 

Пришёл на память женщине ещё один весьма показательный случай. Маленькая Галя каталась на карусели, девочка так сильно раскрутила её и отпустила, что полетела – прямо на тын. Всю спину содрала, приходит домой, ревёт, матери показывает, а та говорит: «Ну, пуще надо, лезешь куда не попадя». Сейчас родители, ещё не упадёт ребёнок, уже охают над ним.  

Печь топили дровами, а их достаточно заготавливали, и всегда у них было тепло и уютно. Восемь ребятишек, а никого и не видно. Потому что такое правило было заведено: если кто пришёл, чтоб вели себя тише воды, ниже травы. И всё. Кто на полатях, кто на печке сидит: тишь да благодать. 

КРЕПКОЕ ХОЗЯЙСТВО 

Когда Галина окончила 8 классов, отец увёз её в Ханты-Мансийск, в педучилище, после которого она по направлению отправилась в Берёзово, где работала 8 лет, а в 1974 году, когда отца не стало, вернулась в Высокий Мыс.  

Родной посёлок за время её отсутствия сильно преобразился. С 1977 по 1993 годы председателем сельского Совета был Александр Николаевич Карпович, агроном по специальности, энергичный и рачительный хозяин. При нём, по свидетельству Галины Михайловны, хорошо развивался спорт, в то время сами взрослые, наравне с детьми, много занимались и выезжали на соревнования по волейболу и лыжам в Сытомино, в Лямину, в Лянтор. Ему на смену пришла Елена Хусейновна Бжецова, которая претворила в жизнь мечты Карповича: была отремонтирована высоковольтная линия электропередачи, проложена бетонная дорога, отреставрирована церковь Святого Пантелеймона.  

Все старожилы Высокого Мыса и Тундрино прекрасно помнят времена, когда совхоз Тундринский был крепким многоотраслевым хозяйством. Занимались здесь и животноводством, и полеводством. Стадо крупного рогатого скота доходило до двух тысяч голов, росли травы на силос, каждую осень снимали обильные урожаи картофеля, на полях колосились овёс, ячмень и рожь, прекрасно вызревала пшеница. Постепенно всё сошло на нет. Даже сибирскую кормилицу – картошку – сажали только до 1991 года. 

Каких только реформ деревня не пережила: взлёт, упадок, соединение, разъединение, приватизация, но выкарабкалась.  

ЗДЕСЬ И СУДЬБУ СВОЮ НАШЛА 

Когда Галина вернулась, сначала устроилась работать в детский садик. Здесь она и судьбу свою встретила. Нечем было топить детсад, а Владимир привёз им брёвна. Тут и познакомились. Вскоре поженились. И до сих пор они вместе. Все годы живут в мире и согласии. Галина Михайловна 34 года проработала учителем начальных классов. В 2000 году вышла на заслуженный отдых. Владимир Яковлевич Колмыков всю жизнь в совхозе трудился трактористом, с 2008 года тоже на пенсии. 

Супруги Колмыковы вырастили двоих детей. Дочь Ирина живёт в Сургуте, она ведущий инженер в плановом отделе ОАО «Сургутнефтегаз», сын Михаил – в Лянторе – киповец в этой же компании. У Колмыковых три внучки, один внук и один правнук! Галина Михайловна очень ценит своего мужа. 

– Он у меня честный¸ спокойный, работящий, здоровье есть, на рыбалку ездит. У нас огород, 12 соток, так что летом хватает работы, – рассказывает она. – И меня любит. А во внуках вообще души не чает! И я его тоже люблю. Живём душа в душу. Мы здесь выросли. Место чудесное и народ неплохой. Когда надо, все объединяются. 

ДОБРАЯ СЛАВА 

Стафеевых старших в Высоком Мысу до сих пор вспоминают добрым словом. Гостеприимные, душевные, щедрые, трудолюбивые – все эти качества переняли дети. Так отзываются о них высокомысовцы, особенно почитающие семьи дочерей спецпереселенцев – Галины Михайловны Колмыковой и Тамары Михайловны Возмиловой, которые живут в этом посёлке.  

Галина ВЕЧ 

«Благодарные… трудной доле» – так отзываются о спецпереселенцах в посёлке Высокий Мыс  

Справка 

В колхозе «Новый мир» на 1 января 1953 года трудоспособных членов было 91 человек, высланных в 1929–1930 гг., и их детей – 59; высланных в 1941–1945 гг. – 32 человека. У большинства спецпереселенцев (немцев, калмыков и др.) дети моложе 16 лет находились на посемейном учёте, а по достижении 16-летнего возраста ставились на персональный учёт спецпоселений. Дети спецпереселенцев из контингента «бывшие кулаки» до 16 лет находились на учёте.  

Оставьте комментарий